michail_shor

Category:

Тюремная цензура в современной России

Есть такая профессия — читать чужие письма. Для обычного человека это может показаться чем-то странным. Вы только задумайтесь, а когда в последний раз отправляли письмо близким, и не по электронной почте, а написанное ручкой на бумаге. Я пытался вспомнить и оказалось, что это было году в 2001. С тех пор было несколько открыток из разных стран, писем точно не было. 

Но оказывается, что в 21 веке десятки тысяч писем ежедневно отправляются за колючую проволоку и на волю летят ответы. С целью предотвратить возможные преступления или не допустить запрещенную информацию и были созданы в исправительных учреждениях должности инспектора по проверке и доставке писем.

Мы с вами одни из первых в Ивановской области, кто сможет приоткрыть завесу тайны над работой этих специалистов.

Отправляемся в две Исправительные колонии нашего региона - №3 и №4

Пока в клубе идет репетиция, в соседнем здании инспектор оперативного отдела работает с письмами. От ее работы зависит как скоро заключенные получат весточку с воли, а их письма отправятся родным. 

Каждый день максимально внимательно изучается от 50 до 100 писем. Если раньше с почты приходили мешки писем, то с развитием технологий и новых информационных сервисов ФСИН, теперь прибавились еще электронные и мобильные письма. 

Инспектор вчитывается в каждое слово. И если находит что-то подозрительное или вызывающее опасения, то сразу обращается в оперативный отдел. Если же есть плохая новость для осужденного, то сразу привлекается ведомственный психолог. 

Заключенные и их близкие прекрасно понимают, что их переписка контролируется. За последние годы практически не было случаев с попыткой передачи недопустимой информации. А вот тяжелые семейные новости «прилетают» за колючку часто, но уже есть большой опыт, как сгладить эмоциональный накал у отбывающего наказание. 

Список запрещенных тем не самый большой. Письма, содержащие сведения, которые могут помешать установлению истины по уголовному делу или способствовать совершению преступления, выполненные тайнописью, шифром, содержащие государственную или иную охраняемую законом тайну, адресату не вручаются.  Запрещено вкладывать в письма материалы эротического/порнографического содержания. Не должно быть текстов, в которых можно усмотреть призывы к любым незаконным действиям, а так же информации о территории колонии и объектах безопасности. 

С матом, жаргоном и прочими сленговыми выражениями ведут постоянную борьбу. Заключенных просят не использовать их в своих письмах на волю, а из писем их родни и друзей их вымарывают.

Некоторые письма настоящие произведения искусства. Фотографию одного из них мне показали. Лист бумаги в человеческий рост, плотно исписанный мелким почерком. Там и стихи, и любовные признания. НО такое бывает очень редко. 

В женских колониях даже сами конверты украшают рисунками и разными текстами. Подобные конверты, по моему скромному мнению, удивят любого почтальона. 

 В мужских чаще всего это обычные письма.

Доступ к тексту писем и даже к украшательствам конвертов есть только у цензора. И мне для иллюстрации пришлось писать письмо самому. Хотел там зашифровать номер телефона, но увидев скептический взгляд инспектора, даже не стал продолжать текст. Таких «шифровшиков» как я она насмотрелась за десять лет.

Главное разделение в письмах из мужских и женских Зон, это заочницы. У осужденных мужчин есть такой термин, а у барышень нет даже рядом.  

Возможно вы слышали песню Ивана Кучина «Чикаго». И там есть такие слова:

«Дела, - говорю, - знать, не важны, браток?
Ну, хочешь, заочницы дам адресок?
От сердца даю, от души отрываю,
Шеф-повар столовой, по имени Рая.
Напишешь - полюбит. Вернёшься - возьмёт,
И жизнь у тебя, как по маслу, пойдёт" »

Заочницы — женщины, которые заочно по переписке знакомятся с заключенными, пока те сидят в тюрьмах.

На самом деле отношение к «заохам» у осужденных довольно специфическое. Лично я верю в Деда Мороза, серого волчка(кусающего за бочок) и в чистую любовь по переписке. Но когда узнаешь, о десятках писем от одного зэка, которые отправляются барышням по всей России и в которых отличается только имя сударыни, то вера в чудеса пропадает. 

Цель 90% подобного литературного творчества, это передачи и возможно(в случае брака) личные свидания с сами понимаете какой целью.

«Ждули, любимки и заочницы» это отдельная очень большая тема и если вам будет интересно, мы к ней еще вернемся в будущих постах.

Очень большой процент писем от заключенных максимально потребительский. Примерно как в другой песне Кучина: «Ты пришли мне носки, но с условием,чтоб не спачкала их колбаса». У родных просят какие-то вещи и мало интересуются чем-то еще. 

Вернемся к работе цензора. Мы все с вами люди и инспектор тоже. Она не робот и пропускает через себя каждое письмо. А это ведь истории чужой жизни. И это самое сложное в этой профессии. Прикасаться к чужим эмоциям не каждый сможет. Лично я бы не смог, не знаю как вы. 

Если у вас есть вопросы или предложения по будущим постам — присылайте в личку, постараюсь их переадресовать в региональный УФСИН



Buy for 1 000 tokens
Buy promo for minimal price.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded